Екатеринбург новости

Валюта: EUR 72,92 USD 64,5
» » » » 20 лет спустя. Или как боролись с ГКЧП в Свердловске

20 лет спустя. Или как боролись с ГКЧП в Свердловске

Сегодня многие вспомнят тот необычно (и непривычно) жаркий августовский день ровно 20 лет назад…

На загородном садовом участке, где застала меня с ног сбившая новость, стояла пронзительная тишина, нарушаемая лишь лёгким шелестом листвы да стрекотом кузнечиков. Бессовестно палило солнце. И какой-то очень вредный комар зудел и зудел над ухом. Вот в это-то почти безмолвие неожиданно вторгся резкий голос из включённого на полную мощь соседского транзистора, раз за разом повторявший неслыханное — президент болен, в стране вводится чрезвычайное положение…

Уж не знаю, почему, но как-то сразу всё стало ясно. И, отсидев положенные секунды в позе роденовского мыслителя с одной, но абсолютно прозрачной думой — не хочу обратно, я кинулась на электричку. Не заходя домой, то есть не вымыв даже грязных после копания на грядке рук, прямиком и с максимально возможной скоростью добежала до «Белого дома». Бесцеремонно используя служебное положение, точнее, удостоверение (журналистов тогда пускали беспрепятственно), взлетела вверх на скоростном лифте… И сразу успокоилась: на заседании областного совета в резкой и категоричной форме было принято решение об объявлении в регионе предзабастовочной готовности.

За власть советов

Потом о предзабастовочной готовности уже на уровне города публично высказался депутат городского совета Станислав ЯЧЕВСКИЙ.

Народ, однако, оказалось, был недоволен половинчатостью решения. 10 лет назад мы вспоминали об этом с Тамарой АЛАЙБОЙ, угодившей в самый центр событий тех критических для страны дней. И она рассказывала, как создавался в Свердловске (ещё Свердловске) стачком.

Собственно, идея принадлежала ей, председателю областного отделения Республиканской партии, сопредседателю, наравне с Александром ЗАБОРОВЫМ, областного движения «Демократический выбор России». А место для сборов предложила хозяйка большого горсоветовского кабинета № 426 Надежда НОВОСЕЛЬЦЕВА, ведущий специалист комиссии по ЖКХ. Сказала: «Идём ко мне…» и впервые, за три года до того мужественно бросившая курить, она потянулась за сигаретой.

Эти две женщины и стали председателем и секретарём вновь созданного органа, призванного бороться за законную власть в городе. В стране. И депутаты их поддержали.

У нас была своя гвардия

10 лет назад (тоже уже история) обе хохотали: «Представляешь, это мы создавали гвардию…» А что было делать? Только подумать: крепкие, здоровые, полные сил и энергии парни изнывали от неизвестности. Они толклись в коридорах власти, угнетённые собственной невостребованностью, пребывая в бессильной ярости от невозможности как-то влиять на события. К тому же ситуацию очень подогревали слухи: то здесь, то там вспыхивало — в Москве уже убивают людей.

Ячевский звонил в столицу: «Присылать помощь?». Там отвечали — не надо. А срочно «приземлившиеся» в горсовете вертолётчики рапортовали, что готовы доставить людей хоть в Кремль. Кровь кипела и вполне была способна толкнуть на подвиги. Тогда Алайба и объявила запись в Национальную гвардию. В фойе перед актовым залом выставили столы, и мгновенно выстроившаяся очередь вызывающе — не боимся — диктовала склонившимся над тетрадками женщинам свои фамилии, имена, отчества, адреса и контактные телефоны.

Звонили из Перми, Тюмени. Требовательно вопрошали: «Что там у вас?» Любопытствовали, как себя вести им. 20 августа наладили связь с Воркутой. Тамошние лидеры, собаку съевшие на забастовках, в тот же день доставили на Урал кипу газет и документов: стачкомовцы очень старались, говорят, не посрамиться, соблюсти все нормы законности. 20-го же числа они вышли в эфир новорожденной «Студии «Город» и сообщили землякам, что решение о забастовке принято. Время, правда, пообещали указать особо.

Телефон между тем не умолкал. Люди сообщали о передвижении войск. Из 32-го военного городка вывели технику. Резонный вопрос — зачем? Генерал ХАРЕЧКО, отягощённый помимо звания депутатским мандатом, в сопровождении новоявленных гвардейцев ехал разбираться. Потом докладывал стачкому о ликвидации очага паники. Одно за другим следовали сообщения с проспекта Космонавтов — движутся танки. Гвардейцы вопили: «Надо перекрывать улицы, вооружаться…» Тамара Алайба обрывала мужиков: «Уличных боёв не допустим. Встать против танков? Встанем. Но безоружные».

Это сейчас улыбка просится на лицо. Тогда, поверьте, всё было всерьёз. И Алайба, бросив дома 14-летнего сына (муж, уехавший накануне событий на дачу, пообещал газет не читать, телевизор не смотреть), услышав про танки, позвонила подруге: если что, сказала, Семён дома один.

А генерал Харечко опять ездил разбираться. Танки до города не дошли. Были они? Не были? Уже потом, когда всё закончилось, в 35 км от Свердловска, в сторону Нижнего Тагила, обнаружили брошенную технику. Ни солдат, ни офицеров поблизости не оказалось. Объяснение было странным — всё отправлено на переплавку. Гвардейцы, сплошь и рядом прошедшие Афган, не поверили — такое новьё не переплавляют.

Мы вместе

В горсовете яблоку негде было упасть, а народ всё прибывал и прибывал. День, ночь… В лучших российских традициях люди несли варёную картошку, огурцы, помидоры, чай в термосах — подоконники были завалены едой. Стачкомовцы и сегодня уверены: «в переводе» это означало — мы с вами.

В ночь с 20 на 21 августа была объявлена забастовка. Заводы, где позволял процесс, предполагалось остановить. И гудком поддержать собравшихся на центральной площади горожан. Что задуманное получится, уверенности не было ни на грош. Нервничали чрезвычайно. Да ещё эта продолжающаяся жара, духота…

Ровно в 12 ночи загудел ВИЗ. Дальше — больше. Около 500 свердловских предприятий прекратили работу — «Уралмаш», НПО «Автоматика», Завод по обработке цветных металлов, «Промсвязь», трансформаторов тока… Граждане — именно граждане — стекались к площади 1905 года. Рабочие шли в касках, спецовках. Серьёзные, хмурые… не на гулянку. Всех волновало одно — что делать? Извечный русский вопрос.

Митинг назначили на полдень. Что творилось в центре, пересказать невозможно. По самым скромным подсчётам, собралось не менее 130 тысяч. Улицы были запружены от Московской до, кажется, Карла Либкнехта. В стачкоме опять звонили телефоны. «Мы стоим у «Океана», нам не слышно, — взывали страждущие и требовали: — Сделайте что-нибудь».

Вели митинг депутаты горсовета Станислав Ячевский и Владимир ПОПОВ, все три дня не покидавшие штаб-квартиру стачкома. От желающих выступить отбоя не было. «Что ещё должно произойти в стране, чтобы мы поняли: народ, не умеющий защищать свою свободу, честь и достоинство, никогда не получит ни сытой, ни безопасной жизни…» — звучало с радиофицированного грузовика. «Демсоюзовцы», самые непокорные и несговорчивые из демократов сторонники Валерии НОВОДВОРСКОЙ, размахивали бело-сине-красным полотнищем, спустя несколько часов ставшим новым Государственным флагом. И уже в ночь на 23-е взвившимся над крышей горсовета.

Стачком как вершитель судеб

А 22-го в 426-й кабинет заглянули два страшно взволнованных армейских офицера. «Где стачком?» — затребовали они и, назвав себя дезертирами, передали Тамаре Алайбе документ, заставивший её испытать чувство глубокого и полного удовлетворения. Подполковник и майор, фамилии которых история не сохранила, поведали, что в Елани войска по-прежнему стоят в боевой готовности и в любой момент способны выполнить команду генерала МАКАШОВА о проведении арестов. В первую очередь — руководителей демократического движения.

Деталь предпоследняя. Когда всё уже отгремело, а Россия, ликуя, праздновала победу, свердловские компартфункционеры принесли в стачком решение об осуждении путча.

Деталь последняя. Тамара Евгеньевна никак не могла понять, чего хочет от неё девчушка, невразумительно бормочущая о любви, возрасте и беременности… Кое-как выяснилось: сестра визитёрши ждёт ребёнка, готова к замужеству, но в силу недостаточного (16 лет) возраста её не хотят регистрировать. «Я-то при чём?» — простонала Алайба, сама дважды мама. «Как при чём? — ещё более того изумилось юное создание. — Вы же стачком, скажите им…»

Лия ГИНЦЕЛЬ.

vegin@urn.ru

Фото Антона БУЦЕНКО.

На снимке:

Научные сотрудники Областного краеведческого музея Мария МЕВЕДЕВА и Константин АНИКИН со студенткой истфака УрФУ Евгенией РЯПАСОВОЙ готовятся к состоявшейся вчера вечером встрече тех, кто противостоял ГКЧП в Свердловске.

[xfgiven_images]
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.